... > Альманах ПГ > ЗАЯВЫ > Манифест - Оголенные Провода - Нули

Манифест
После долгих раздумий и обсуждений мы, Профсоюз Уличного Искусства, поняли, что для того чтобы уничтожить блядско-символическую экономику, которая почему-то победила в России, ничего не остается кроме как полностью стереть границу между городом и деревней путем полного исчезновения города.
Сейчас человеку в городе делать практически нечего: все что остается – либо в офисах жопы ксерить, либо обворовывать супермушники чтобы наесться. Во всех этих клубах, кафешках, галерейках и прочей развлекательной фигне делать нечего. Остаются лишь учреждения культуры. Там человеку неплохо. Пускай от городов останутся только они.
Мы читали в каких-то книжках, что когда обезумевших от городской жизни начинают выгонять из города, то образуется куча трупов: это было в Кампучии, в Китае во время культурной революции. Мы пока не знаем, как обойтись без жертв и поэтому решили сделать вид, что города не существует.
Да и блядско-символическая экономика тоже исчезает после того, как перестаешь пользоваться деньгами. К счастью в России нет рынка капитала – есть рынок власти, которой образует страну. И во власти мы видим эстетику. Власть – это прекрасно. Мы притворяемся властью и получаем взамен ощущение внутренней свободы и роке-н-рольный драйв.
Мы государство внутри государства. У нас есть свой председатель, сопредседатели, Президиум, Худсовет (совещательный идеологический орган), региональные отделения.
Притом что мы понимаем, что у нас есть свое государство, и внутри себя мы серьезны, мы не боимся со стороны выглядеть сумасшедшими и безответственными. Мнение других нам не очень-то и важно. По примеру Ксении Петербуржской мы ради высших целей отдали самое ценное, что есть у человека: разум.
Мы люди нового средневековья, мы не верим в идею прогресса, которая в момент конца истории выродилась в блядско-символическую экономику.
Мы готовы пожертвовать прогрессом и обратиться к интуитивно понимаемой традиции и отказаться от желания делать что-то новое. Мы повторяем все одно и то же. Мы верим в традицию, в то что усвоено нами, когда мы были счастливыми подростками и... А три вещи, которые на нас сильнее всего повлияли: это панк-рок и московские художественные школы концептуализм и акционизм.
Мы компьютерные вирусы, которые вылезли в оффлайн и освободились от предрассудков свойственных человеку разомкнутого. Встречайте человека виртуального! Встречайте человека растворенного в коллективе! Это мы!

Профсоюз Уличного Искусства



На обрывках оголенных проводов
Нам, бомбилам, всегда была интересна тема собственной невменяемости. И казалось важным попытаться соотнести собственную невменяемость с невменяемостью страновой. Это очень интересно и очень сложно. Мы искали точки этой страновой невменяемости и определили, что они спорадически расбросаны по городам третьего уровня – райцентрам, местам, где обрывается имперская инфраструктура.
 И там, где эта инфраструктура (дороги, связь, система осуществления власти), которую иногда хочется сравнить с проводами, заканчивается, получаются такие места, где люди как бы повисают на обрывках проводов, иногда даже оголенных, и эту невменяемость чувствуют непосредственно руками и телами, по которым периодически бьют разряды бессмысленного тока.
Что с этим делать из центра совершенно непонятно – нужно ехать самим и налаживать коммуникацию. Хотя бы на уровне культурного обмена. Они знают язык нашего общения, потому что получили стандартизованное образование, а мы их – нет. Они находятся в подвешенном состоянии между деревней, которая все-таки живет иным общинным бытом, во многом приближающемуся к хайдеггеровскому поселению-эйдосу, и городом, носителем имперской культуры. И мы хотим по принципу «никогда не поймешь, что утопия, а что нет, пока не начнешь действовать» ехать в эти самые городки, висящие на обрывках проводов, и просто вживаться там в ситуацию, чтобы находить точки соотнесения нашей внутренней невменяемости с невменяемостью страновой. И зафиксировать все сюжеты, которые в этих условиях рождаются.


Эстетическая программа полных нулей
1. Программа строится на «честном социальном безумии», честность которого строго определяется субъектом безумия, т.е. самим художником. Которое переносится на территорию культуры с целью «заполнить лакуны нулями». Лакунами (культурными) называются те ниши, где соглашаются видеть «социально честное безумие».
2. Мы настаиваем на своем реальном социально признанном безумии. Социально честное безумие выросло из представлений Карамзина о нравственной природе внутренней свободы.
3. Очевидное противоречие между социальным безумием и нравственной природой внутренней свободы снимается только через практику (утопия?, гетеротопия Фуко?) чистым действием, дионисийским танцем. Иногда мы включаем Аполлона и выделяем в нашем танце эстетическую компоненту. Вываливая на поле культуры наш навоз (чистое действие) мы ищем в нем жемчуг (эстетическое).
4. Эстетическое для нас – это алхимический брак Воли к Власти и Принципа Удовольствия.
5. Известно, что есть нулевой куратор. Мы готовы быть нулевыми художниками.

группа БОМБИЛЫ